Многоклеточный организм не мог бы долго существовать без системы внутренних коммуникаций, по которой из одной его части в другую передаются необходимые сообщения. У животных имеются две главные коммуникационные системы: 1) нервная система со всеми ее разветвлениями, аналогичная сложной телеграфной сети, с помощью проводов соединяющей источник информации с местом ее получения и действия; и 2) эндокринная система (точнее, рыхло связанная группа подсистем) , которая использует кровообращение для передачи информации в форме высокоспециализированных химических веществ, называемых гормонами; эта система является «беспроволочной». Гормоны узнаются клетками-мишенями, которые уже заранее запрограммированы процессами дифференцировки на прием гормонального сигнала и заданную стереотипную реакцию на него. Нервная и эндокринная системы вместе обеспечивают «постоянство внутренней среды», о котором с замечательным предвидением писал Клод Бернар примерно 100 лет назад. К параметрам внутренней среды, за постоянством которых бдительно следят как «проволочная», так и «беспроволочная» коммуникационные системы организма, относятся концентрации растворенных в крови веществ, артериальное давление и кровоток. Говорим ли мы о регуляции уровня глюкозы в сыворотке крови иди содержании в ней свободных жирных кислот и кальция или о регуляции артериального давления, мы неизменно имеем дело с равновесными состояниями, при которых силы, направленные на повышение и снижение величины изучаемого параметра, точно сбалансированы, что и обеспечивает его устойчивость. Факторы, увеличивающие тот или иной параметр (Х), приводят в действие соответствующие нервные и эндокринные клетки, которые восстанавливают равновесие. Снижение Х возбуждает другие «сторожевые» клетки, и их активность компенсирует этот сдвиг. История физиологии от Клода Бернара через Кеннона и до сегодняшнего дня, когда физиологические механизмы регуляции часто описываются в понятиях компьютерных программ, представляет собой в основном все более и более усложняющееся понимание этого принципа. Видное место среди «сторожевых» клеток, способствующих поддержанию постоянства внутренней среды, занимают те, которые синтезируют и секретируют гормоны, - клетки эндокринных желез.
Первоначально нейробиология и эндокринология изучались специалистами, не видевшими особой связи между этими дисциплинами. Может быть, самый большой успех в истории обеих наук за последние годы - эта понимание их тесного взаимодействия и функциональной взаимозависимости. В связи с присутствием морфиноподо6ных пептидов в гипофизе и центральной нервной системе даже теорию боли можно представить себе с позиций Клода Бернара, т. е. как равновесное состояние между болевыми и антиболевыми сигналами; в какую бы сторону ни сдвинулась это равновесие, сразу же появится сила, действующая в противоположном направлении. Выявление в центральной нервной системе большого числа пептидов, многие из которых были давно известны как гормоны желудочно-кишечного тракта, безусловно, поставило перед нейробиолагами и эндокринологами параллельные проблемы и породило общие интересы.
Подобно нейробиологии, эндокринология занимается проблемой коммуникаций, и в частности, теми молекулами-информаторами, которые распознаются дискриминаторами на поверхности чувствительных клеток или внутри их и посредством слаженных молекулярных механизмов вызывают клеточный ответ. Эта ответная реакция в большинстве случаев физиологически полезна для организма в целом. Однако, когда гормон продуцируется в чрезмерных количествах, например при гипертиреозе или опухолях эндокринных желез, ответ мажет быть и вредным, даже разрушительным.
В пятничном выпуске газеты "Вести - Ленинградская область" 11.06.2010 в рубрике "Будьте здоровы" опубликована популярная статья "Тиреотоксикоз: буря в стакане".
